Новости

Переход в виртуальность 17.09.2013

Мир меняется на глазах. Цифровые технологии быстро, безжалостно и беспощадно трансформируют не только привычный жизненный уклад, но и науку, бизнес, культуру. Недавно в РИА «Новости» состоялся показ документального фильма «Бок о бок?» из программы Фестиваля актуального научного кино 360°. Снятый в США режиссёром Кристофером Кеннели, фильм исследует технологические процессы создания фотохимического и цифрового кино и вытеснение первого последним. Почему так происходит? Причины разные - от технических и творческих до финансовых. 

«Цифра» пришла в кино для передачи спецэффектов, а потом практически полностью подмяла под себя весь кинопроцесс из-за относительной дешевизны и простоты, а также особой выразительности в передаче атмосферы современного города. К тому же технологический процесс не стоял на месте, в результате чего мир получил цифровые и анимационные кинотехнологии, которые по качеству изображения не уступают плёнке. О тонкостях кинопроизводства в фильме рассказали режиссёры Мартин Скорсезе, Джеймс Кэмерон, Ларс фон Триер, Стивен Спилберг, Джордж Лукас и другие звёзды мирового кино.

В какой мере будет использоваться плёнка в кинопроцессе будущего, как теперь профессионалам рассказывать киноистории? В реальной дискуссии на эти вопросы попытались ответить и наши признанные киновеличины: кинорежиссёр, сценарист и продюсер Сергей Соловьёв, президент Гильдии кинооператоров Союза кинематографистов России, профессор ВГИКа Игорь Клебанов, заведующий сектором цифрового стереокино Научно-исследовательского кинофотоинститута Александр Мелкумов, режиссёр анимации и руководитель студии Asymmetric VFX Виктор Лакисов, кинорежиссёр Дмитрий Киселёв («Ёлки-2», «Чёрная молния», «Джентльмены, удачи!»), советский и российский кинооператор, организатор кинопроизводства, лауреат премии «Золотой орёл» Эдуард Гимпель. Дискуссию «Цифровое кино: с плёнкой покончено? Что дальше?» вела автор программы «Мозговой штурм» телекомпании «ТВ Центр» Анна Урманцева.

Она задала вопрос Сергею Соловьёву - на какой носитель будет сниматься «Анна Каренина - 2», на «цифру»? Создатель «Ассы» ответил, что для него это уже давно не имеет значения. «Анна Каренина» снималась на плёнку, причём плёнки на съёмочной площадке было огромное количество. В то же время в жизни Соловьёва случились съёмки «Ассы-2», которую было решено снимать на «цифру». «Художественно убедительнее оказалась "цифра"», - отмечает Соловьёв. К концу съёмок фильма выяснилась интереснейшая вещь - хоть он и снимался на плёнку, её-то режиссёр во время процесса как раз не видел! «Всё, что мы снимали, мгновенно переводили на "цифру", и я всё время имел дело с "цифрой". Я не мог даже контролировать, что там, на плёнке происходит, - утверждает Сергей Соловьёв. - Поэтому я не думаю, что нужно дискутировать по поводу того, что решила жизнь. Она уже решила за нас. И поэтому когда студенты, которые учатся у нас, говорят мне: "Нет, я буду снимать только на плёнку", причём с таким адским придыханием, вроде того что "не продамся я, буду биться за плёнку до последнего", я отвечаю: "Ну если вообще ума нет, то снимай на плёнку!"»

Это не пустое утверждение. Соловьёв говорит так, являясь искренним и страстным любителем плёнки, работавшим всю жизнь с лучшими операторами России - Рербергом, Калашниковым, Лемешевым: «Это всё фантастические операторы, которые знали плёнку как просто никто! Так, как Калашников знал плёнку, её никто не знал! Он вообще работал без экспонометра, понимаете? У него была в заднем кармане штанов такая линеечка, он доставал её, смотрел в линеечку и ставил выдержку и диафрагму». «Плёнка - гениальный инструмент», - убеждён Соловьёв. Сам он, хоть и снимает на плёночные фотоаппараты с 14 лет и знает красоту и ценность плёнки, говорит, что «цифра» принесла в нашу жизнь то, с чем невозможно и не нужно бороться. Плёнка останется в будущем уделом эстетов. А «цифра», являясь порождением массовой индустрии, есть и будет принадлежностью массовой культуры, считает он.

Эдуард Гимпель высказался следующим образом: «У нас многие "цифру" понимают как источник экономии. Это неправильно, это вообще второй вопрос, не говоря уже о том, что это не настолько экономно. В принципе, должно быть и то и другое... Поэтому вот сейчас сказать, что плёнка совсем уйдёт - неправильно. Многие сначала боялись цифрового изображения, так как она не передаёт так объём и пластику, как плёнка». Он привёл в пример разные фильмы - «Рабу любви», «Митю Долинина» и другие, снятые на советскую плёнку. «Самое главное здесь - мастерство человека, в руках которого или цифровая камера, или плёнка. Всё зависит изначально от ремесла. Конечно, от ремесла. Я думаю, в этом всё дело. На мой взгляд, на цифре снимать гораздо сложнее, чем на плёнке, для очень многих. Если раньше оператор на 99% - это творческий человек, то в конечном итоге всё это не так сложно. Сегодня же во многом кино - это ремесло», - убеждён Гимпель. Он уверен, что для разной драматургии нужно выбирать разный формат. Однако многие продюсеры сегодня считают, что для цифрового кино не надо использовать свет, хотя невозможно отрицать его художественные достоинства. «Свет нельзя отменять в кино, - говорит Гимпель. - Это то же самое, что у художника забрать краски. И какая бы чувствительность ни была, это не имеет никакого значения. Мощность приборов меньше, но светить в любом случае нужно... Я считаю, что основное - понимание драматургии, которая у тебя в руках, и ремесло. А какой будет формат - должен выбирать каждый», - убеждён он. Также он считает, что при показе цифровых копий качество не теряется.

Игорь Клебанов отметил в выступлении следующее: «Триумфальное шествие цифровой технологии, конечно, вызывает различные чувства у кинематографистов. Я считаю, что, в общем, мы сегодня прощаемся с плёнкой. Да, мы сегодня прощаемся с плёнкой, и, конечно, можно было бы отдать должное многим режиссёрско-операторским дуэтам, которые возвели искусство кинематографа в киноживопись. Как профессор ВГИКа я могу сказать, что в феврале в Париже собрались педагоги европейской киношколы. Там обсуждалась тема "От плёнки - к "цифре". Все понимают, что лучшим инструментом для преподавания является 35-мм плёнка». Видео развращает, уверен Клебанов. Когда студентам даётся задание снять 5-10-минутную работу, они не могут выполнить его адекватно: материал идёт часами, студент не понимает, что хорошо, что плохо, и 10-минутную запись потом монтируют годами. «Нужно не забывать, что носитель завтра может быть другим, потому что это бизнес. Завтра придумают другой носитель, и нужно будет к этому привыкать. На протяжении века существования кинематографа случались различные технические революции: приход цвета, приход звука... Различные форматы приходили в кинематограф, 3D нынче... Мы всё переживём! Мне кажется, что в подготовке нашей (я говорю о ВГИКе) не должен уйти принцип академического образования», - отметил он.

Дмитрий Киселёв так рассказал о своём съёмочном опыте: «Я, наверное, представитель того самого поколения, которое развратило видео. Я с детства люблю кино, и самый первый проект, который мы делали с Тимуром Бекмамбетовым, мы снимали на камеру Sony PC1. ...Да, конечно, мы снимали на плёнку. На плёнку снимался "Ночной дозор"... Мне удалось застать плёнку, я застал все эти процессы. У меня даже маленький монтажный стол сохранился, резачок. Мне всегда нравилось плёночное изображение, я видел в нём какую-то магию, что-то большее, то, о чём говорили герои фильма и говорим мы здесь. Это действительно какое-то волшебство, то, за чем ходят люди в кинотеатры. Я был очень большим противником съёмки на "цифру", но Тимур всегда прогрессивно толкал меня на какие-то действия: "Давай снимать на видео, давай снимать на девять камер, и получим картинку большого разрешения", такие какие-то странные эксперименты предлагал, но тем не менее "Чёрную молнию" мы снимали на плёнку».

Уже после этой съёмки стало понятно, что на плёнку это делать бессмысленно, так как результат буквально тут же оцифровывался, и вся магия плёнки оказывалась в руках людей, её обрабатывающих - корёжащих или улучшающих.

Сергей Соловьёв, в свою очередь, отметил, что плёночное кино останется элитарным, привилегией избранных. Деньги зарабатываются «цифрой» и на «цифре»: «А "капусту" будут рубить сейчас вот так, как рубят. И никакого другого способа рубки "капусты" я сейчас не обнаруживаю».

Режиссёр анимации Дмитрий Лакисов не считает, что плёнку надо хоронить: «Я работаю с цифровым изображением, я вижу картинку со всех камер, как будто я был по ту сторону того сенсора, я видел их глаза в глаза». Он отметил, что пытается достичь тех эффектов, которые получаются при фиксации света на плёнке, и уверен, что появятся камеры, превышающие по характеристикам плёночные - по светосиле, зернистости и другим характеристикам. Но то, как фиксируется свет на плёнке - это совершенно другой процесс, нежели на цифровых камерах: «Всё, чем занимается современная "бабочная" индустрия, - это сделать изображение похожим на плёнку, чтобы дороже продать. И похожесть на плёнку - это основной характер деятельности». Как режиссер анимации, который работает с полностью генерированными изображениями, Лакисов отмечает, что ему очень нравится эстетика плёнки, и он ставит задачу сгенерировать изображение, на 100% подобное плёночному. Он утверждает, что дыхания и зернистости плёночного изображения можно достичь, если просто «потрясти» картинку и добавить изображению определённых характеристик.

«Вся беда в том, что вообще нельзя сравнивать плёночное изображение с цифровым, - заявил в ответ Гимпель. - Это две разные природы, мы же не сравниваем зиму и лето! Вот это зима и лето, о чём вы говорите. Это два разных формата, и каждый волен выбирать то или другое».

На это Дмитрий Лакисов заметил, что цифровые технологии постоянно ищут возможности приблизиться к более старым носителям. Так происходит и в звукозаписи, так ведутся и находятся, например, пути поиска передачи «тёплого лампового звука».

По поводу «похорон плёнки» высказался и Александр Мелкумов. Они уже состоялись - прекратили выпускать плёнку такие компании, как Kodak и Fuji, и это обо всём говорит, считает он: «Я боюсь того, что "цифра" может съесть кинематограф, как она съела стереокино». «Мы смотрели сегодня кино, снятое цифровой камерой, операторами, владеющими этой технологией, показанное на цифровом проекторе, - зафиксировал Александр внимание публики. - Но посмотрите, культура изображения... Я уверен, если бы это фильм снимали в Голливуде, пригласив оператора-плёночника, если бы снимали на плёнке Kodak, мы имели бы совсем другую пластику изображения, другую культуру. А здесь снято довольно неряшливо. Один из мифов, которые следует развенчать, что снимать в ней - это дёшево и сердито. Ничего подобного! Если снимать и стараться получить изображение, адекватное произведению искусства, то это не дешевле, а, возможно, дороже. Если раньше на съёмочную площадку привозили лишь камеру и плёнку, то сейчас там находится целая лаборатория по обработке сигнала. Второй миф - что на "цифре" снимать качественнее. "Цифра" отстраняет оператора от самого процесса работы, потому что потом подключаются так называемые колористы, визуалисты и т.д. Но самое страшное, что "цифра" подменяет документальность изображения. Она не плёнку замещает, она замещает реальность виртуальностью». Автором изображения сейчас часто становится аниматор, а не оператор. Это плохо, так как нарушается авторская цепочка, считает Мелкумов.

В целом дискутирующие пришли к выводу, что цифровая технология останется доминирующей, при том всё больше и больше будет по детализации приближаться к плёночной технологии и, вероятно, даже сможет её превзойти. Плёночная технология, скорее всего, останется уделом эстетов, но не уйдёт из кино совсем.

Автор: Попова Мария

Источник: STRF.ru





Отправить ссылку:






Спонсоры и партнеры